Слово
1 * Слово 2

Слово 1

Подлинно блаженное дело – не грешить: а согрешающим – не отчаиваться, но плакать о том, в чем согрешили, чтобы слезами опять улучить блаженство. Посему прекрасно «всегда молитися и не стужати», как говорит Господь (Лк.18:1). И Апостол еще говорит: «Непрестанно молитеся» (1Фес.5:17), то есть и ночью, и днем, и всякий час. Не только входя в церковь, но и в другие часы не оставляй о сем попечения; напротив того, работаешь ли, спишь ли, или находишься в дороге, или ешь, или пьешь, или лежишь – не прерывай молитвы, ибо не знаешь, когда придет требующий души твоей. Не жди воскресного дня или праздника, не разбирай различия мест, но, как сказал пророк Давид, молись «на всяком месте владычества» (Пс.102:22). Посему в церкви ли ты, или у себя дома, или в поле, пасешь ли овец, занимаешься ли постройкой, бываешь ли на пиршестве – не оставляй молитвы; и, когда можно, преклони колена, а когда невозможно, молись умом; и вечером, и утром, и в полдень. Если молитва будет предшествовать делу, и, встав с ложа, первые свои движения посвятишь молитве, то грех не найдет доступа к душе. Молитва есть предохранительное средство для целомудрия, обучение сердца, укрощение кичливости, очищение от памятозлобия, истребление ненависти, исправление нечестия. Молитва – крепость телу, благоденствие дому, благоустройство городу, могущество царству, знак победы во время брани, прочность мира. Молитва – печать девства, верность брака, оружие путников, страж почивающих, благонадежность бодрствующих, плодоносие земледельцам, спасение плавающих. Молитва – заступница судимых, отрада заключенных, утешение скорбящим, веселие радующимся, ободрение плачущим, праздник в дни рождения, венец супругам, погребение умершим. Молитва – беседа с Богом, равночестие с Ангелами, преспеяние в добром, отвращение от худого, исправление согрешающим. Молитва соделала Ионе и кита домом, а Езекию от врат смертных возвратила к жизни, и отрокам в Вавилоне превратила пламень в “дух росы” (Дан.3:50). Молитвою Илия связал небо, «и не одожди по земли лета три и месяц шесть» (Иак.5:17). Видите, братия, как сильна молитва. В целой жизни человека нет иного достояния драгоценнее молитвы. Никогда не удаляйтесь от нее, никогда не оставляйте ее, но, как сказал Господь наш, будем молиться, да не вотще будет труд наш (Мф.6:6). «И егда стоите молящеся, отпущайте, аще что имате на кого, да и Отец ваш Небесный… отпустит согрешения ваша» (Мк.11:25). Смотрите, возлюбленные, чтоб не вотще трудиться нам молясь, если будем иметь на кого вражду. Господь говорит еще: «Аще убо принесеши дар твой ко олтарю и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя, остави ту дар твой пред олтарем и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой» (Мф.5:23–24). Итак, явно теперь, что если не сделаешь сего прежде, то все, что ни приносишь, не будет принято. Если же исполнишь повеление Владыки, тогда с дерзновением молись Господу, говоря: «Оставь мне, Владыка, долги мои, как и я оставляю брату моему, исполнив заповедь Твою. Хотя и немощен я, однако ж оставил». И Человеколюбец скажет в ответ: «Если ты оставил, оставляю и Я; если ты простил, прощаю и Я твои долги; потому что имею власть отпускать на земле грехи». Отпустите и отпустится вам. Видите несравненное Божие человеколюбие. Видите безмерную Божию благодать. Слышали вы краткий способ ко спасению душ ваших.

Слово 2

Молитва – велика зброя, невичерпний скарб, ніколи не виснажене багатство, безтурботна пристань, основа тиші; корінь, джерело та мати тисячам благ є молитва. Вона самого царства сильніша. Тому нерідко бувало, що зодягнений у діадему страждає гарячкою, лежить палимий вогнем на одрі, перед ним стоять лікарі, охоронці, слуги, воєначальники: і ні мистецтво лікарів, ні присутність друзів, ні послуги домочадців, ні достаток ліків, ні багатоцінність на вжиток, ні багато цінності начиння, ні недуга; але якщо прийде хто має відвагу до Бога і торкнеться тільки тіла, і створить над ним чисту молитву, то проганяється вся тілесна недуга. І чого не в силах були зробити багатство, безліч прислужників, знання досвідченості і велич царства, то нерідко може зробити молитва одного бідного і жебрака.

Разумею же молитву не эту холодную и полную небрежения, но совершаемую протяженно, с болезнующей душой, с напряженным умом. Ибо такая молитва восходит к небу. Как вода, пока течет по ровному месту и пользуется большим простором, не поднимается в высоту, а когда руки водопроводчиков, преградив ей течение внизу, сгнетут ее, тогда, стесненная, скорее всякой стрелы стремится вверх; так и человеческий ум разливается и становится рассеянным, пока пользуется большой вольностью; когда же обстоятельства стесняют его, тогда в прекрасном этом угнетении воссылает в высоту чистые и усильные молитвы. И чтобы понять тебе, почему особенно могут быть услышаны оные, со скорбью совершаемые молитвы, послушай, что пророк говорит Господу: «внегда скорбети ми, воззвах, и услыша мя» (Пс.119:1). Итак, будем возгревать совесть, возбуждать в душе скорбь памятью о грехах, возбуждать скорбь не для того, чтобы стеснить душу, но чтобы соделалась она достойною услышания, была трезвенна, бодрствовала и касалась самих небес. Ничто не отгоняет так от нас леность и нерадение, как болезненное чувство и скорбь, которые собирают ум воедино, и возвращают его в самого себя. Кто так скорбит и молится, тот после молитвы в состоянии будет водворить в душе своей великую приятность. Как стечение облаков вначале делает воздух мрачным, а когда пойдет из них дождь, и облака утратят одну за другой скопившиеся в них снежинки, тогда снова делают весь воздух тихим и ясным. Так и душевная скорбь: пока заключена внутри, омрачает наш помысл, а когда истощит себя в молитвенных словах слезами и выйдет наружу, тогда производит в душе большую ясность, низведя в ум молящегося, подобно некоему лучу, мысль о Божией помощи. Но какое холодное у многих рассуждение? Говорят: «Не имею дерзновения, покрыт я стыдом и не могу отверзсть уст». Сатанинский это страх, прикровение это лености; диавол хочет заградить дверь, которою можем войти к Богу. Нет у тебя дерзновения? Но великое уже дерзновение и это самое – почитать себя не имеющим дерзновения, так как крайний стыд и осуждение – почитать себя имеющим дерзновение. Ибо, если и много у тебя заслуг, и не сознаешь за собою ничего худого, но считаешь себя имеющим дерзновение, то лишился ты всех плодов молитвы. А если носишь на совести тмочисленные (бесчисленные) бремена грехов, убедишь себя только в том, что ты последний из всех, то великое будешь иметь дерзновение пред Богом. В этом нет смиренномудрия, чтобы грешнику почитать себя грешником, ибо смиренномудрие состоит в том, чтобы, сознавая в себе многое и великое, не воображать о себе ничего великого; смиренномудр, кто подобен Павлу и может сказать (1Кор.4:4): «Ничесоже бо в себе свем» (ведаю), и говорит также: «Христос Иисус прииде в мир грешники спасти, от нихже первый есмь аз» (1Тим.1:15). Вот смиренномудрие – быть высоким по заслугам и унижать себя в уме. Впрочем, Бог, по неизреченному Своему благоутробию, допускает к Себе и приемлет не только смиряющихся, но и тех, которые благопризнательно высказывают грехи свои; и к таковым бывает милостив и благоволит.

І щоб знати тобі, яке благо є не уявляти про себе нічого великого, накресли словом дві колісниці. Впрягни праведність і зверхність, і ще гріх зі смиренномудрістю – і побачиш, що колісниця гріха попередить праведність не за власною силою гріха, а за міцністю сполученого з ним смиренномудрості, і також перша колісниця залишиться позаду, не через недугу праведності, а через тяжкість. Бо як смиренномудрість, за чудовою своєю висотою, долає тяжкість гріха і передує у сходженні до Бога, так зарозумілість, за великою своєю тяжкістю і дебелістю, може взяти гору над необтяженою нічим праведністю і легко захопити її долу. І на доказ, що одна колісниця швидше за іншу, пригадай фарисея та митаря. Фарисей упряг праведність і зверхність, кажучи так: «хвалу Тобі віддаю, як несмо, як інші люди, хижаки», любощажники, «і як цей митар» (Лк.18:11). Високоумства його не наситив увесь рід людський, але у великому божевілля напав він і на митаря, що стояв поблизу. Що ж митар? Не відбив докори, не обмежився звинуваченням, але з вдячністю прийняв сказане, і стріла ворожості звернулася для нього в лікарське і ціле, докір – на похвалу, і звинувачення – у вінець. Так чудово смиренномудрість! Стільки вигод – не уражатися злослів’ям інших, не лютувати від образ ближнього! Бо і з них можна потиснути велике й чудове благо, як було з митарем. Прийнявши докори, відклав він гріхи і, сказавши, «милостивий буди мені грішникові… сніди… виправданий… більше за нього» (Лк.18:13–14). Слова стали вищими за справи, слово взяло гору над дією. Один виставляв напоказ праведність, пости та десятини, а інший вимовив одне слово – і склав із себе всі гріхи, бо Бог не слова тільки чув, але бачив і думку, з якою вимовлені оні, і, знайшовши смиренномудрість та скорботне серце, помилував і виявив людинолюбство.

Кажу ж це не до того, щоб ми грішили, але щоб ми були вдячні. Бо митар – людина, що стоїть на крайній мірі ушкодження, не смиренномудрістю, а лише щирістю, тим, що висловив гріхи свої, сповідав, що вона така, – привернув на себе таке велике Боже благовоління; а таку допомогу набувають собі від Бога і ті, які, хоч досягли успіху у великих добрих справах, однак невисоко про себе думають. Тому вмовляю, прошу і благаю частіше сповідатися перед Богом. Не на ганьбу перед подібними до тебе рабами виводжу тебе, не людям змушую тебе відкривати гріхи. Розкрий совість свою перед Богом, Йому покажи виразки, у Нього проси лікарських засобів, покажи себе не докоряючому, але Лікуючому. Бо якщо й промовчиш, усе пізнає Він. Отже, говори, щоб залишитися з придбанням, говори, щоб, склавши тут гріхи, йти туди чистим і звільнитися від майбутнього нестерпного викриття.

Три юнаки були в печі, віддаючи душу за сповідання Владики, однак за багатьох великих заслуг, казали: «Нема нам відкрити вуст: студ і ганьбу бихом рабом Твоїм» (Дан.3:33). Отже, на що ж відкриваються уста? Щоб, – кажуть вони, – вимовити нам це саме: «немає нам відкрити вуст», – і тим самим привернути до себе Владику.

Сила молитви гасила силу вогненну, приборкувала лють левів, вирішувала війни, припиняла битви, приборкувала бурі, виганяла бісів, відчиняла небесну браму, розривала пута смерті, відганяла недуги, відбивала напасті, відновлювала похитнувшись, що похитнулися. і людські наклепи; одним словом – усілякі лиха. Зрозумію ж знову молитву, яка не просто лежить на устах, але висходить із глибини розуму. Як дерева, що пустили коріння вглиб, якщо беруть на себе і тисячократні прираження вітрів, не ламаються і не можуть бути вирвані, тому що коріння твердо прикріплене до земної глибини, так і молитви, що посилаються з самої глибини розуму, як надійно вкорінені, простягаються у висоту, і ніяке. Тому й пророк каже: «З глибини взиваю до Тебе, Господи» (Пс.129:1). Йому слава на віки! Амінь.